История Николаса Фламеля

Алхимики действовали во Франции во все времена, но никто, даже современный адепт Фулканелли, не имел такой репутации, как Николай Фламель. Приход Сен-Жак-ля-Бушери, расположенный в густонаселенной части Парижа, сохранил, по крайней мере, до начала XIX века, живую память об этом человеке, его жене Перренелль, а также об их щедрой благотворительности и огромном богатстве.

Фламель родился около 1330 года близ Понтуаза в небогатой семье, сумевшей, однако, обучить его грамоте. Полагают, что родители его умерли, когда Николай был еще очень молод, и он отправился в Париж, где стал общественным писцом. Сначала он проживал возле кладбища Святых Младенцев, а затем, как и другие представители его ремесла, перебрался в галерею Сен-Жак-ля-Бушери.

Женившись на женщине зрелых лет, успевшей дважды овдоветь и принесшей в семью скромный достаток, Николай смог арендовать две мастерские: одну для себя, другую — для своих копировальщиков и подмастерьев. Нельзя, однако, сказать, что он являлся зажиточным человеком. Помещение, в котором Фламель проработал всю жизнь, было столь мало, что в наши дни подобное можно найти разве что на отдаленных улочках — это скорее пристройка, чем лавка.

Несколько лет спустя, благодаря деньгам мадам Пер-ренелль и экономя на всем, Николаю удалось построить небольшой домик прямо напротив мастерских. Хотя положение его несколько улучшилось, он все еще был беден.

Существует юридический акт, составленный через несколько лет после свадьбы, согласно которому супруги передают все свое имущество в совместное владение. Судя по этому документу, состояние их все еще крайне невелико.

Однако благодаря женитьбе, Фламель приблизился к тому, чтобы вступить в класс мелких собственников. В это время он еще не занимается герметической философией. Расширение деятельности за счет торговли книгами — вот что поглощает все его мысли. Новое дело знакомит его с алхимическими трудами, которые он получает для продажи или копирования. Очевидно они и стали причиной одного сновидения, явившегося отправной точкой в его карьере алхимика.

Позже Николай рассказывал, что к нему явился ангел с огромным томом в медном переплете, открыл его титул и сказал: «Фламель, запомни эту книгу. Сейчас ты, как и многие другие, не поймешь в ней ни слова. Но настанет день, когда ты узнаешь из нее нечто, другим недоступное». Затем видение исчезло, но память о нем никогда не покидала Николая. Сон внезапно стал реальностью много лет спустя, когда та самая книга попала в руки Фламеля. Вот как он описывает это в своей рукописи Интерпретация иероглифических образов»:

Итак я, Николай Фламель, писарь, после смерти своих родителей зарабатывал на жизнь искусством письма, составляя описи и счета и проверяя расходы опекунов. Случилось так, что за два флорина я приобрел очень большую и старинную книгу, украшенную золотой чеканкой. Она была написана не на бумаге или пергаменте, как большинство других книг, а на чем-то, что показалось мне широкими листами коры молодых деревьев. Обложка ее была сделана из меди и покрыта причудливым орнаментом, состоящим из любопытных букв и рисунков. Насколько я мог судить, это был греческий или какой-то другой из древних языков. Все что я знал, так это то, что не могу прочитать эти буквы и что, несомненно, это не латынь и не галльское наречие, с которыми я, естественно, был знаком.

Что касается текста, страницы были заполнены с величайшим мастерством металлическим пером четкими и чудесно раскрашенными латинскими буквами. Книга содержала три раза по семь страниц (они были пронумерованы в таком порядке вверху каждой страницы), причем все седьмые страницы были пустыми, не считая каймы из переплетенных змей по краям. На второй седьмой странице был крест с распятой змеей. На последней седьмой странице была нарисована пустыня со множеством прекрасных родников, из которых во все стороны расползались змеи.

На первой странице были написаны позолоченные заглавные буквы: ИУДЕЙ, АВРААМ, КНЯЗЬ, СВЯЩЕННИК, ЛЕВИТ, АСТРОЛОГ И ФИЛОСОФ ПРИВЕТСТВУЕТ ТЕХ ИЗ ПЛЕМЕНИ ИУДЕЕВ, КТО ГНЕВОМ ГОСПОДНИМ БЫЛ РАССЕЯН СРЕДИ ГАЛЛОВ. За этим следовали самые страшные обвинения и проклятия (причем часто повторялось слово MARANATHA) тем, кто осмелится взглянуть на эту книгу, если он не священник и не писец.

По его собственному признанию, Николай Фламель понял из книги не слишком много. Первая страница содержала лишь заголовок, приведенный выше, вторая — призыв к израильтянам, а третья объявляла трансмутацию металлов средством для выплаты дани, наложенной римскими императорами. Текст, относящийся к получению Философского Камня, был относительно понятен, но — что в общем-то традиционно для всех герметических работ — не содержал совершенно ничего о природе необходимого первоветцества. Что представляет собой первове-щество, сообщали четвертая и пятая страницы, не имевшие текста, но чудесно раскрашенные несколькими картинками. Фламель заключал, что, хотя эти картинки, несомненно, указывают, какие вещества следует использовать, только знатоку Искусства под силу проинтерпре тировать их. Он осознавал, что пока еще совершенно неспособен увидеть в них какой бы то ни было смысл.

Я сам тщательно исследовал эти иероглифические символы, но, как и в случае других, чисто аллегорических художеств, никогда не понимал, что автор хотел сказать. Даже зная, что конкретно означает тот или иной символ, я понимал, что для той же цели можно было использовать и другие символы. В то же самое время один и тот же символ можно было толковать совершенно по-разному.

Так же как и иллюстрации, текст книги не оправдает наших надежд, поскольку Фламель очень осторожен. Он пишет: «Я не могу объяснить, что написано на остальных страницах чистой и совершенной латынью, ибо Господь покарает меня. Я совершу больший грех, нежели человек, захотевший, по преданию, чтобы у всех людей в мире была одна голова, которую он мог бы отсечь одним ударом». (Вполне вероятно, что Николай оставил более подробную информацию в «Химическом псалтыре», который он завещал своему племяннику Перье, но текст, написанный на полях его собственного служебника, закодирован).

Читать продолжение…

Метки:

Поделись статьей с друзьями!