Китайская алхимия. Часть 2

Китайское стекло(Читать первую часть…) Китайские алхимики открывали новые технологии, с одной стороны, в производстве стекла и фарфора, металлургии и сельском хозяйстве, с другой — в медицине, фармакологии, диетологии и эротологии, поскольку рассматривали человеческое тело как интегральную часть мироздания, репрезентирующую его в целом. Теоретической основой их практической активности стал позднедаосский принцип «кражи [небесной] пружины» (дао цзи), т.е. поворота естественного движения вспять, позволяющего старцам омолаживаться, а мужчинам зачинать в себе «бессмертного зародыша» (сянь тай).

Некоторые специалисты, например Х.Х.Дабс (Dubs, 1892-1969) и Дж. Нидэм (Needham, 1903—1995), считают китайскую алхимию древнейшей в мире и повлиявшей на другие аналогичные традиции. В пользу этого свидетельствует, во-первых, фундаментальный гилозоизм традиционного китайского мировоззрения, в рамках которого совершенно естественно преобразование неорганического в органическое, мертвого в живое и, соответственно, основополагающее для всех разновидностей алхимии (но чуждое сущности христианства и мусульманства) объединение идей трансмутации неблагородных металлов в золото и достижения бессмертия.

Во-вторых, понятие «философский камень» (lapis philosophorum) наиболее адекватно соответствует термину дань («киноварь»), входящем в круг древнейших китайских иероглифов («надписи на панцирях и костях»— цзя гу вэнь, II тыс. до н.э.), исконно определявшемуся как «красный камень» — чи ши (словарь Шо вэнь цзе цзы — «Изъяснение знаков и истолкование иероглифов», нач. II в.) и имевшему значение «эликсир бессмертия». Особая роль камня в китайской культуре обусловлена его функцией одного из важнейших репрезентантов центрального из «пяти элементов» — «почвы» (ту), а авторитетнейший комментарий Дуань Юй-цзая (1735-1815) к Шо вэнь цзе цзы гласит, что «киноварь есть семенная сущность (цзин) камня, поэтому семенная сущность всякого лекарственного вещества называется киноварью».

В-третьих, капитальный алхимический принцип рафинирования неблагородных металлов до высшего состояния — золота заложен в самой семантике иероглифа цзинь, объединяющей два значения — «металл» и «золото».

В-четвертых, золото в Китае никогда не служило основой денежно-монетной системы. Алхимики же смешивали золото с такими сложными веществами, как сернистое олово (дисульфид SnS2) или хлорид ртути (Hg2Cl2).

Наконец, в-пятых, не исключено, что сам западный термин «алхимия» этимологически восходит к иероглифу цзинь, изначально звучавшему как kiэm в реконструкции Б.Карлгрена (Karlgren, 1889-1978), а «эликсир» также через арабов («ал-иксир» — «лекарство для людей и металлов») — к иероглифу дань.

Сыма Цянь

Сыма Цянь. Автор исторических записок Ши-Цзы значение которых сопоставимо с трудами Геродота для западной истории.

Согласно Ши цзи («Исторические записки», 11-1 вв. до н.э., гл. 12, 28) , уже при дворе императора У-ди (141-87) под влиянием Ли Шао-цзюня практиковались алхимические операции с киноварью и золотом. В 1972 г. в КНР (курган Мавандуй близ г.Чанша) археологами было обнаружено тело жены члена императорской семьи, захороненное ок. 186г. до н.э., но прекрасно сохранившееся благодаря алхимическому бальзамированию с помощью сернистых соединений ртути. Использование красной киновари в захоронениях известно в Китае с эпохи палеолита; вера в возможность физического бессмертия сформировалась к VIII в. до н.э.; а в IV в. до н.э., по-видимому, благодаря учению Цзоу Яня она соединилась с аурифакцией, вследствие чего к рубежу н.э. сложилось представление о «философском камне», превращающем ртуть и свинец в золото, и в качестве макробиотических средств стали приниматься внутрь киноварь, золото и ртуть.

Классическую форму алхимическое учение обрело в главном произведении выдающегося даосского философа и ученого Гэ Хуна (283/4- 343/63) Бао-пу-цзы («[Трактат] Учителя, Объемлющего Простоту», имеется частичный русский перевод Е.А.Торчинова, 1999). Дальнейшее развитие оно получило в трудах даосского патриарха Тао Хун-цзина (456-536) и крупнейшего медика («царя лекарств» — яо ван) Сунь Сы-мяо (581-682). Итоговым стал составленный Цин Сюй-цзы в 808 г. компендиум Цянь хун цзя гэн чжи бао цзи чэн («Полное собрание наиболее драгоценного о свинце и ртути, деревянном и металлическом»).

Однако в VII-VIII вв. единая алхимическая традиция стала разделяться на две ветви— ориентированные на физико-химические и психо-физиологические процессы, что нашло отражение в терминологическом различении «внешней» (вай дань) и «внутренней киноварной [деятельности]» (нэй дань) соответственно. Последняя начала, используя объективированную терминологию первой, описывать сложные, построенные на медитативных, дыхательных, гимнастических и сексуальных (тантрического типа) упражнениях, методы очищения и взаимопревращения семенной духовной эссенции (цзин), пневмы (ци) и духа (шэнь), циркулирующих по акупунктурным каналам (цзин) и локализующихся в трех парафизиологических органах — «киноварных полях» (дань тянь), расположенных в животе ниже пупка, под сердцем и в головном мозге на уровне межбровья. Эта интеллектуальная тенденция, поддержанная Лю Сюань-ином (X в.), Чжан Бо-дуанем (984-1082, имеется осуществленный Е.А.Торчиновым в 1994 г. полный перевод его трактата У чжэнь пянь — «Главы о прозрении истины»). Во Юй-чанем (1194-1229). к ХIII в. окончательно возобладала над «внешней» алхимией. Дальнейшее ее развитие вплоть до наших дней в качестве основного вида даосской практики связано прежде всего с созданной в XII в. Ван Чжэ (1112-1170) школой «учения совершенной истины» (цюань чжэнь цзяо)

А.И. Кобзев

Метки:

Поделись статьей с друзьями!