Оправдание мистицизма. Часть 5

Александр Михайлович ДобролюбовЭто пятая часть фундаментальной аналитической статьи Елены Шахматовой о развитии европейского и российского мистицизма в XIX-XX веках. Начало здесь. Вторая часть здесь.  Третья часть здесь. Четвертая часть здесь.

Д. Философов называл Добролюбова высшим аристократом духа,а 3. Гиппиус так описывала его декадентство: «…было известно сразу, что он живет в каких-то черных комнатах и черных одеяниях, что у него много молодых последовательниц (или поклонниц), которым он проповедует, и успешно… И вдруг с ним случилось то, что не поймет ни один европеец, но человек русский к подобным делам привык, —Добролюбов «ушел». Такие «уходы» — не пропаданье: это лишь погруженье в море российское, из которого обычны краткие временные выплывания. Я знаю еще один такой «уход», гораздо позднее, молодого, очень красивого студента из знатной семьи, и талантливого поэта, притом. Он погиб уже при большевиках (Гиппиус имеет в виду Семенова-Тян-Шанского — Е.Ш.) Декадент Добролюбов нырнул глубоко, выплыл не скоро, и выплыванья его были не часты, кратки. Он являлся босой, в «армяке», с такими же своими «учениками». Сидели на полу, мало разговаривали, а когда их расспрашивали, — то, немногословно ответив, прибавляли: «Брат мой, помолчим» .

Творчество, ставшее призванием и обращенное на самого творца, уже не нуждалось в вещественных доказательствах в виде каких бы то ни было произведений искусства, вместо чернил писали кровью, и не на листе бумаги, а на пространстве жизни. Но к самому себе и своей жизни относились не вполне серьезно, играя, заигрывались, надетую маску забывали снять с лица, и в пылу игры порой не могли различить,настоящая ли кровь брызжет из раны или «клюквенный сок».

Семенов-Тян-Шанский (вот он — дух Азии!) так же, как и Добролюбов, «ушел в народ» и искал спасения в странничестве. Он издал единственный сборник «Собрание стихотворений» (1905) и занялся новым видом творчества, поисками мистического Абсолюта.

Одним из наиболее ярких представителей этого направления, столь характерного для культуры серебряного века, стал С.В. Киссин. Он был женат на одной из сестер В. Брюсова и был принят в литературных кругах, но избранный им путь восхождения духа привел его кполному разрыву с обществом и бегству в «мир». Он писал стихи, печатался в крошечном журнале «Зори», но все, что он писал, было несопоставимо с тем, что он мог бы написать, и потому все более и более ограничиваясь в творческих проявлениях, к чему обязывал его ивзятый псевдоним Муни, означающий «аскет» или буквально — «святой молчальник». Он стал в конце концов, странником, проповедующим творчество как жизнестроительство и не оставил после себя собраний сочинений, как не оставили их его предшественники по «творческому методу» Будда и Христос. Он воплотил своей жизнью вдействие «мистический реализм», о котором размышлял Н. Бердяев. Мистика была одной из форм его жизни. Он обладал даром точногопредвидения, но оно по свидетельству близких, касалось только мелких событий.

Друг Муни В. Ходасевич вспоминает, как однажды Муни продемонстрировал свой дар ясновидения, предсказав поломку оси у проезжавшей мимо коляски, и вечером друзья решили его испытать, заказав встречу с одним из знакомых. Когда же, к немалому их удивлению, они случайно встретились с задуманным ими человеком, Муни сказал с укором: «Эх вы! Не могли пожелать Мессию». Муни ощущал в себе буддистское отсутствие индивидуальности, заявляя, что его «в сущности, нет… Но нельзя, чтобы об этом знали другие…». Так однажды Муни придумал себе другого человека, обладавшего лучшими качествами, чем он сам, и пытался в него перевоплотиться. Эта игра с самим собой продолжалась около трех месяцев. Муни во всем старался перемениться, довоплотиться в болeе совершенного человека, вынужденного носить прежнее имя лишь «по причинам полицейского, паспортного порядка», но редакторы, которыетолько что печатали Муни, неведомому автору возвращали непрочитанные рукописи. Реинкарнация при жизни прежнего физического тела Киссину не удалась. Во время первой мировой войны он покончилжизнь самоубийством, выстрелив в висок из случайно оказавшегося под рукой пистолета, словно стремясь из любопытства поскорее заглянуть за занавес, а что там?

Добролюбов, Семенов-Тян-Шанский, Муни — фигуры удивительные, в культуре серебряного века они отразили присущий русскому духу тип странника, мудрого старца, юродивого. Европа никогда не знала культа юродивых, который издревле существовал на Руси и был близок буддистской теории бодхисатв, добровольно отказавшихся oт нирваны во имя спасения человечества. «Даже слова «юродивый» ни на каком европейском языке нет, — заметила 3. Гиппиус, — а русскийчеловек без юродства как будто и святости не понимает».

Юродивый, сидящий на снегу

Художник Василий Суриков — Юродивый, сидящий на снегу

Юродивый, бродяга, нищий попрошайка выбирал для себя путь духовного спасения, отвергая несправедливость и жестокость реально существующего мира. Он балансировал на грани между смешным и серьезным, реальным и не реальным, между рассудком и безумием. Он должен был исполнять функцию демократической отдушины, выпуская пары общественного недовольства через свое ерническое поведение. Диссидентствуя в миру, он обнажал социальные язвы, несправедливое мироустройство и критиковал власть предержащих безнаказанно, мол, с дурака, что возьмешь. Он и царя мог назвать прилюдно душегубом и Иродом, и никто даже пальцем не смел его тронуть, —власть должна была считаться с народным мнением.

Юродивый был святым. Мудрый старец, народный психотерапевт, целитель душ, он облегчал тяжкое бремя выпавших на русскую долю страданий своими беседами, рассказами о дальних землях, утешал бедняков, двойным гнетом — крепостью и нищетой — прикрепленных к куску земли-кормилицы. Эту линию духовного подвижничества культуры серебряного века продолжил затем своей бродячей жизнью и Велимир Хлебников. «А я, Бодисатва, на белом слоне», — так ощущал он себя. И в его стихах мы находим характерное для серебряного века ощущение многомерности своей индивидуальности. «Я небыть. Я такович», — заявляет он, соединяя воедино «я» интуитивное, слившееся с мировой душой, и «я», обладающее индивидуальными признаками, именем ифамилией, «Я такович».

Читать продолжение…


Интересуют колесные погрузчики? Немецкий мега бренд GIANT предлагает вашему вниманию огромный ассортимент колесных погрузчиков для любых целей и нужд. Все подробности по ссылке.

Метки:

Поделись статьей с друзьями!