Памяти Тимоти Лири. Часть 2

Тимоти Лири

(… читать сначала…) Хотя язык признается легальным, правительство решает считать нелегальными некоторые стимулирующие умственную деятельность растения. Правительство резервирует за собой право контролировать любые растения, которые позволяют вам изменять свое сознание.

Все хотят контролировать наркотики — УБН, ФУКЛС, наркоманы… И этому есть объяснение. Психоактивные вещества являются наиболее мощными средствами, которыми располагает человечество, для управления своим сознанием своим мозгом развития нового языка построения нового общества, новых культур и субкультур.
Долгая история изменяющих сознание растений всегда ассоциировалась с шаманизмом, мистицизмом, искусством, поэзией, сексуальной свободой, уважительным отношением к телу, экологическим чувством единства всего сущего. Это нашло отражение в индуизме, даосизме, буддизме, греческом гуманизме. Наркотики оказали влияние на Французскую революцию, на Вордсворта, Кольриджа, Эмерсона, Торо; это целая традиция.

После всех этих лет изучения наркотиков, бесед и наблюдений за различными их потребителями, я считаю своим долгом пробовать всякий наркотик, выходящий на рынок.

Я теперь, конечно, не покупаю ничего у парней из бара. Я получаю эти вещества у химиков, наиболее уважаемых и ответственных людей из работающих в этой области.
Никогда не следует принимать наркотики, полученные от людей, которым вы не доверяете и которые не являются вашими друзьями. Ведь вы получаете от них ключи к собственной душе, к собственному мозгу. Я пользуюсь словом «душа» по той причине, что отношение к изменяющим сознание веществам всегда было в высшей степени религиозным. Здесь не было ничего от разума. Вопрос легализации наркотиков даже не обсуждался. Употребление наркотиков всегда рассматривалось в демоническом аспекте. Наркоманы — одержимые злым духом! Марихуана — убийца юношества. До этого был алкоголь, и так далее и тому подобное. И этому есть причина. Удивительной особенностью человеческой природы является то, что у нас у каждого есть собственные представления о богах и богинях, и за них люди готовы убивать. Психоделические вещества помогали осознать это. Посмотрите теперь, что делает правительство.

Они наполняют тюрьмы молодыми людьми (виновными в хранении, перевозке и т. д.), не говоря уже о создании криминальных структур. Как только вы переводите в разряд незаконных нормальную деятельность вроде секса, курения марихуаны или выпивки, вы создаете мафию, будь то сицилийская или перуанская.
СТ: А как обстоят дела с употреблением наркотиков в 90-ые?
ТЛ: Вот какая идея пришла мне недавно в голову. Известно, что монотеизм – это религиозная система, утверждающая, что существует только один Бог. Он наш Бог, Он — мужчина. Он — страшен в гневе, и Он поразит любого, кто не признает Его. Существует также нечто такое, что можно назвать молекулярным монотеизмом. У людей есть страстные убеждения по поводу моральности растений, позволяющих им изменять свое сознание. Все укрепляющийся симбиоз между миром растений и миром млекопитающих продолжается уже более 50 миллионов лет. То, что в нашем мозгу существует 70 или 80 особых рецепторов для восприятия веществ растительного происхождения, — не простая случайность. Неужели эти рецепторы в нашем мозгу созданы дьяволом? Религии проклинают эти растения потому, что они выполняют ту функцию, которую должны выполнять религиозные ритуалы: они открывают новые перспективы и дают новое видение, ведущее к просветлению, озарению и откровению. Даже среди наиболее страстных приверженцев психоактивных веществ существует этот монотеистический фундаментализм.

Тимоти Лири на пресс-конференции

Др. Тимоти Лири на пресс-конференции 1968 год.

В 60-е годы я был очень набожен. Я резко выступал против героина и амфетамина. Я ничего не знал о героине до 1979 года, пока английский психиатр Ронни Лэнг не послал кого-то купить на несколько шиллингов героина и не уколол меня, причем совершенно легально. Я испытал легкую тошноту и приобрел опыт. Теперь я хотел бы извиниться за все то лицемерие, с которым я раньше нападал на наркотики предпочитаемые другими людьми. Это полностью индивидуальный процесс.

В одном можно быть уверенным. Правительство не должно вмешиваться в то, чем люди занимается у себя дома, что они делают со своим телом. Детей, конечно, следует оберегать. Им нельзя разрешать употреблять наркотики и спиртное, пользоваться электропилами или водить машину. Однако эту проблему нельзя решить таким простым способом, как посылка национальных гвардейцев на поимку всех курящих марихуану.
СТ: Какие влияния вы испытали как психолог?
ТЛ: Я гуманист. Подобно Эмерсону и всякому другому мистику я придерживаюсь мнения, что божественность лежит внутри, и человеку нет необходимости идти в церковь или заглядывать в книгу, которую он найдет на столике в мотеле. Обратись внутрь себя — и ты должен сделать это вместе с другими людьми.

Практика божественности — это самое восхитительное занятие для человека. В XXI веке это станет основной сферой деятельности. Самая первая вещь, которую ребенок будет узнавать, придя в первый класс это то, что мы обладаем огромным мозгом и должны научиться управлять им.
СТ: Что вы делаете ежедневно или еженедельно, чтобы не потерять контакт с этой божественностью или лучше узнать ее?
ТЛ: Да, здесь конечно, есть свои тонкости. Вы тусуетесь с людьми, которые разделяют ваши духовные устремления, тусуетесь с самыми остроумными, восприимчивыми, информированными людьми. Все дело в объеме информации. Сейчас обычный ребенок десяти лет от роду получает ежедневно больше информации, чем мудрейшие люди в мире сто лет назад.
СТ: В своей автобиографии “Flashback” Вы пишите: «Мне кажется, что умирающий обычной смертью человек является обманутой жертвой направляемого государством самоубийства». Что вы подразумеваете под этим?
ТЛ: Вы же понимаете, что смерть и этика умирания находятся под полным контролем религии и общества. И эта задействованность все возрастает по мере реализации правительственных планов, касающихся здравоохранения. На всем протяжении истории гуманистической философии – индуизма, буддизма, даосизма — первостепенное значении имело то, как вы умираете, как вы расстаетесь со своей жизнью. У вас нет выбора в том, как вы попадаете сюда, однако есть в полной мере выбор в том, с кем, как и в каких условиях вы умираете. Неужели вам было бы приятно покинуть этот мир подобно упакованной колбасе в одном из правительственных медицинских центров? И при этом стоить налогоплательщикам 20 тысяч долларов в месяц? Фараоны прекрасно понимали это и подготавливали свой уход, что имело метафорический смысл. Вам бы наверное, было приятно сознавать, что в фараонской гробнице для вас приготовлено хорошее местечко. Отношение к смерти без сомнения, является наиболее важным аспектом общественной, религиозной или личной жизни.
СТ: Но разве не существует других способов достижения мистического состояние кроме изменяющих сознание веществ? Конечно, это кажется намного проще, чем провести 10 лет в медитации или заниматься умерщвлением плоти.
ТЛ: А что предпочли бы вы?
СТ: Я бы лучше приняла таблетку.
ТЛ: Вы бы не просто приняли бы таблетку, Вы разделили бы ее с другими. Понятие «путешествия» было вполне точным. Мы не придумывали его, это заслуга хиппи. Как гуманист я отстаиваю единственный принцип – позаботиться о себе. Не в одиночку. Спросите совета у знающих людей, не нападайте на них, — спросите у них совета. Мы в ответе за свою божественность. Это групповой спорт; жизнь – это групповой спорт, божественность – это групповой спорт.
СТ: А смерть – групповой спорт?
ТЛ: Смерть – групповой спорт.
СТ: Я все-таки пока не собираюсь умирать в качестве направляемого государством самоубийства.

Метки:

Поделись статьей с друзьями!